Быть может Вы ищете:

Руины возбуждают воображение

Сегодняшний гость редакции газеты «Санкт-Петербургские Ведомости» — человек в нашем городе известный. С 2003 года Вера Дементьева возглавляла Комитет по охране памятников (КГИОП), последние девять лет руководит музеем-заповедником «Павловск».

С Верой Анатольевной мы встретились не в самое лучшее для «Павловска» время. Как и другие музеи, из-за коронавируса он закрыт на карантин.

Разговор шел о перспективах одного из самых любимых петербуржцами музеев — заповедников нашего города.

— Вера Анатольевна, новость последнего времени — у «Павловска» изменился статус. Музей-заповедник перешел в федеральное подчинение. Почему это произошло только сейчас?

— Я бы сказала: наконец-то это произошло. Наконец-то статус музея стал соответствовать его значению.

Почему это не случилось ранее? Могу объяснить. Павловск первым из пригородных дворцов был восстановлен после войны. В 1957 году отреставрированные залы дворца-музея приняли первых посетителей.

Масштабные восстановительные работы в Петергофе и Царском Селе начались лишь в 1970–1980 годах. Но грянули безденежные девяностые. Нищий в те годы город просто не мог завершить стройки, да и содержать музеи Царского Села и Петергофа ему было не под силу. Помните знаменитое ельцинское: «Каждый несет свой чемодан»? Это по поводу разграничения государственной собственности между федеральным центром и регионами. «Чемодан» Павловска казался легким. Считалось, что ему уже ничего не нужно. А ведь он был восстановлен лишь в общих чертах, до конца следы военных разрушений так и не были ликвидированы.

— Вы что-то ожидаете от нового статуса музея-заповедника?

— Процитирую главу нашего Союза музеев, директора Эрмитажа Михаила Пиотровского: «Павловск никогда не был во втором ряду императорских резиденций, а его музейная экспозиция по-настоящему представляет вкус и ценности Российской империи».

Российское Правительство приняло справедливое решение. Федеральный статус открывает возможности более активно участвовать в реставрационных программах, в международных проектах. Наша коллекция известна во всем мире, и нас часто просят предоставить свои экспонаты на зарубежные выставки.

— В «Павловске» хорошие коллекции?

— Все художественное великолепие эпохи конца XVIII-начала XIX веков — все в Павловске. Знаете, как официально называется наша экспозиция? — «Музей художественного убранства русских дворцов конца XVIII — начала XIX веков». Никто так полноценно не представляет исторический интерьер, где каждый его элемент, безупречный по своим художественным достоинствам, несет особые смыслы. Это своего рода «карта души» человека эпохи Просвещения. «Павловск» — один из самых красивых, атмосферных музеев. Уникальную особенность Павловска очень точно подметил режиссер Александр Сокуров: «…это единственный музей, который дает представление о человеческом лице императорской власти».

— В «Павловске» нет фонтанов «Петергофа» и Янтарной комнаты «Царского села», но в сезон там многолюдно. Кто ваш посетитель?

— Фонтаны, Янтарная комната… Стать заложниками моно-бренда? Такой участи Павловску не пожелаю. Посещаемость заповедника сильно выросла: в год мы принимаем более 1,5 млн человек. По сравнению с другими пригородными музеями структура посещаемости у нас несколько иная. Почти 50% — это петербуржцы. Причем, их посещения неоднократны. Называть их посетителями как-то неправильно. Они скорее паломники, пилигримы, странники. Для них посещение Павловска — как бегство от стресса и прочих раздражителей современной жизни. От Павловска никто не устает, здесь обретают душевное равновесие и жизненную энергию. Павловск давно, еще со времен знаменитых штраусовских сезонов стал частью культурной идентичности истинного петербуржца.

— У каждого музея-заповедника свое лицо, свои праздники. В чем особенность ваших?

— Мы сообразуемся с исторической традицией Павловской праздничной культуры. Подробные описания различных торжеств и даже их сценарные планы дошли до нас в воспоминаниях современников. Известны и стихотворные, и музыкальные произведения, созданные специально к праздничным дням.

Главное, к чему мы стремимся — чтобы каждый праздник был созвучен атмосфере Павловска. Наши праздники проводятся в формате прогулок. Создавая маршрут, мы управляем не только движением людей, но и их настроением. Смена пейзажных композиций подчеркивается различными сценическими действиями, музыкой, поэзией, искусством флористов и декораторов. Посетитель становится не только слушателем-зрителем, но и действующим лицом, актером такого праздника.

Наш праздничный календарь выстроен по временам года: «Сиреневый променад», «Летний день под липами», «Императорский букет», «Осенняя пастораль» в воссозданном садоводстве Боде, «Зимний сказочный сад». Среди музыкальных -«Павловск. Штраус», Cofe&Jazz; есть эко-фестивали — «Встречаем птиц», «Павловская белка». Все они полюбились посетителям, у каждого своя аудитория.

— Есть ли в планах музея реставрационные проекты?

— Со времен войны в разрухе, на гране исчезновения находится ансамбль Красной долины — Елизаветин павильон, павильон-Руина, мост, каскад и окружающий ландшафт. Это восхитительная затея Чарлза Камерона, его последнее творение в Павловске. По замыслу императрицы он создал ансамбль, стилизованный под древние античные руины. Подобно Древнему Риму, на развалинах с разбросанными в траве фрагментами капителей, колонн, скульптур возникала новая жизнь — жизнь XVIII века.

Мы уже приступили к работам на этом сложном объекте, и года за два управимся.

В аварийном состоянии находится комплекс Больших дворцовых оранжерей; сейчас завершаем проектирование. На очереди реставрация Павильона Трех граций и Павильона Роз.

Частичную реставрацию планируем и в Парадных залах дворца. Честь и слава советской реставрации — продержалась она более полувека, но сейчас наступил предел ее долговечности.

В парке в этом году рассчитываем завершить скульптурное убранство Оленьего моста, а также восстановить паромную переправу на остров Ливен.

— Многих интересует знаменитый Музыкальный вокзал Павловска. Надо ли его воссоздавать?

— Сложный вопрос. Музыкальный вокзал — очень романтичная страница в жизни летнего Павловска. Единственное, что осталось от него это фонтан-фонарь и фонтан «Лягушка». Фонтан-фонарь — именно так его называли. Он сначала был фонтаном, затем бассейн превратили в клумбу и установили светильники. Фрагменты скульптуры, оформлявшей этот фонтан-фонарь, хранятся в музейных фондах. Сейчас завершается проектная документация по его реставрации.

О Музыкальном вокзале мечтают многие. «РЖД» неоднократно заявляло о своем намерении его воссоздать. Есть и предпроектные проработки. Но на воплощение этих планов нужны немалые деньги, и у музея их никогда не будет. Сегодня мы активно содействуем работе «РЖД». Предоставляем архивные материалы, помогаем в натурных исследованиях. Будем надеяться, что планы «РЖД» осуществятся, и Павловск восстановит свою репутацию летней музыкальной столицы.

— Вера Анатольевна, из Академии Художеств вы вышли с дипломом искусствоведа, но стали работать в сфере охраны памятников. В Павловске вы оказались, имея за плечами богатый опыт работы в КГИОП. Почему так произошло?

— Не вижу в этом противоречий. В выборе профессии меня укрепил выдающийся искусствовед и замечательный человек Николай Николаевич Никулин. Он был руководителем моей дипломной работы. Архитектурой увлек профессор Академии Художеств Игорь Александрович Бартенев. Он набирал специалистов в группу по охране памятников, которая создавалась при Главном управлении культуры. Мы составляли первый Свод памятников истории и культуры Ленинграда, инспектировали эти здания, фиксировали находящиеся в них художественные ценности. ГИОП тогда занимался памятниками архитектуры и подчинялся ГлавАПУ — Главному архитектурно-планировочному управлению. А мы — памятниками истории и культуры и находились в подчинении ГУК — Главного управления культуры. Я и тогда не понимала, как можно так разграничивать памятники, так и сегодня не могу объяснить это разделение. Запомнилась присказка из тех времен: «Как ГУКнется, так и АПУкнется», — это про путаницу полномочий и конфликты между ведомствами.

Занималась и реставрацией, и художественными выставками, взаимодействием с творческими Союзами архитекторов и художников. Стала вторым по счету Уполномоченным Министерства культуры СССР по контролю за вывозом культурных ценностей.

— В памяти что-то осталось из того времени?

— Конечно. Но сейчас, когда ушел из жизни Вадим Валентинович Знаменов, все больше вспоминаются истории с ним связанные. Вадим Валентинович был одержим поиском подходящих ценностей, которые могли бы восполнить утраты военного времени и «одеть» должным образом воссозданные дворцы Петергофа. А у меня как инспектора появилось право изымать предметы музейной значимости у нерадивых пользователей. Так мы и познакомились.

Хорошо помню, как инспектировала особняк Шереметева на наб. Кутузова, где в то время располагался Дом писателя. В нем было богатейшее собрание живописи — по слухам, дар вдовы С. М. Кирова. Вся живопись была в удручающем состоянии. Для передачи в музеи были отобраны 26 полотен. Комиссионно приняли решение об их распределении, специалисты Эрмитажа подготовили их к транспортировке. В назначенный день ударил сильный мороз. Ко времени на ржавом автобусе «Прогресс» подъехал только Знаменов, забрал часть картин. Директор Дома писателей вдруг говорит: «Это еще не все». Ведет меня на чердак, а там в куче хламе, прислоненная к трубе парового отопления, вся в осыпях деревянная доска в трещинах. Переворачиваю и замираю. Сюжет узнаваемый «Апостол Петр принимает ключи». Явно уровень Эрмитажа, явно Италия. За ней холст — подписной Малевич: «Парижский бульвар». С трудом дозвонилась до Знаменова. Отвечает: «Неси в Эрмитаж». Икона не подъемная. Заворачиваю Малевича в газеты. Оформляем акт, выхожу на набережную. Ветер и холод страшный. Машины нет. Окольными путями дошла до Русского музея. Прошу директора (на тот момент это Пушкарев В.А.): «Примите Малевича на временное хранение». Принял. Через несколько дней возвращаюсь, хочу забрать картину для передачи в Эрмитаж. А Василий Алексеевич в ответ: «Какой-такой Малевич?! Ничего не знаю. То, что попадает в мой музей — остается здесь навсегда». Вспомнила я и тот мороз, и свои отмороженные колени, расплакалась от обиды. Но девичьи слезы не сработали.

Через некоторое время возник скандал. Правление Союза писателей возмутилось, посыпались жалобы в Обком, Горком. А защищал меня Знаменов.

Много лет спустя Дом писателей сгорел, причем, дважды. А живопись, мною изъятая, — до сих пор в собрании музеев Петергофа, Ораниенбаума, Эрмитажа и Русского музея.

— О работе в КГИОП что можете сказать?

— Для меня это период «бури и натиска». Тысячи реставрационных проектов — ни один не провален. Фасадная программа, комплексные реставрации дворца великого князя Алексея Александровича (сейчас это Дворец Музыки), Каменноостровского театра (сейчас — вторая сцена БДТ), дворца Кочубея, и многое другое. В то время крепко встал на ноги Союз реставраторов, началось профобучение реставрационным профессиям. Утверждена Петербургская Стратегия сохранения наследия, День реставраторов стал городским праздником. Лучшие из них получили звания и награды. В Международный день памятников и исторических мест КГИОП стал проводить акцию «Открытые интерьеры». Экскурсии по закрытым для публики дворцам и особнякам бесплатно вели сотрудники комитета.

За годы работы в КГИОП заслужила и похвалу, и жесткую критику. Подчеркиваю: и то, и другое надо заслужить. На критику отвечаю: «Сделайте лучше, сделайте больше». А я — посмотрю.

— В марте Вы отметили круглую дату. Можно подвести какие-то итоги. Вы довольны тем, как сложилась ваша карьера?

— Довольная ли я? Никогда не задавалась этим вопросом. Профессии никогда не изменяла. Всегда много и увлеченно работала, а лень мне не знакома. Видимо, все так, как и должно. Знаете, если человек не задается вопросом, счастлив ли он, значит, он точно счастлив.

— Последний вопрос. Кем с вашей точки зрения должен быть директор современного музея со всеми проблемами финансирования, реставрации, организации выставочного процесса — искусствоведом, менеджером?

— Сложно сказать. Но ответственным человеком он должен быть в первую очередь.

Беседовала Людмила Леусская


Наверх
© ГМЗ «Павловск» Copyright 2013 - 2020 Разработка сайта: a2lab.pro